– Как это можно устроить иначе? – живо заинтересовалась она.

– Не знаю, – пожал плечами Мейсон. – Иногда можно устроить иначе.

– Я могу сказать вам одну вещь о Фрэнке Локке, – вдруг решилась она. – В его прошлом есть кое-что, что он скрывает. Я не знаю, что это такое, но может быть он сидел когда-то в тюрьме или что-то подобное.

– Кажется, вы его хорошо знаете, – Мейсон внимательно посмотрел на нее.

– Я в глаза его не видела, – заявила посетительница..

– Тогда откуда вы так много о нем знаете?

– Я вам уже сказала, чтобы вы не спрашивали об этом.

Он снова забарабанил пальцами по краю стола.

– Я могу сказать, что прихожу от имени Гаррисона Бурка?

Она энергично покачала головой:

– Вам нельзя говорить, что вы приходите от чьего бы то ни было имени. Не называйте никаких фамилий. Впрочем вы сами решите, как это устроить. Я не знаю.

– Когда я должен за это взяться?

– Немедленно.

Перри Мейсон нажал кнопку звонка, находящуюся сбоку стола. Через минуту дверь открылась и в кабинет вошла Делла Стрит с блокнотом в руке. Ева Гриффин села свободней в кресле, всем видом давая понять, что не унизится до обсуждения своих дел в присутствии секретарши.

– Вам что-нибудь нужно? – спросила Делла Стрит.

Перри Мейсон потянулся к правому верхнему ящику стола и достал какой-то лист.

– Это письмо в основном готово, Делла. Я хочу только, чтобы вы дописали одну вещь. Я поправлю это от руки и вы сразу перепечатаете на машинке. Я ухожу на весь день по важному делу и не знаю, когда я снова вернусь.

– Я смогу с вами связаться в случае необходимости? – спросила Делла Стрит.

Адвокат отрицательно покачал головой:

– Я сам с вами свяжусь, – сказал он Делле. В присутствии клиентов они всегда обращались друг к другу на «вы».

Мейсон взял лист и стал что-то писать на полях. Делла колебалась минуту, после чего обошла стол, чтобы заглянуть ему через плечо.

Перри Мейсон написал: